Петербург - форпост иной реальности

По словам Даниила Андреева, над каждым сверхнародом – в иномирном пространстве над ним всегда появляется обиталище его наиболее просветленных душ, посмертно вошедших в Синклит (референтную группу – В.Б.) своего народа. Именно в такой особой реальности ему представилась картина столицы Северного мира. "Это уже не просто Петербург, не только Петербург. Это – Петербург нездешний, невидимый телесными очами, но увиденный" в те ночи, когда автор спал глубочайшим сном, а кто-то водил его "по урочищам, пустырям, расщелинам и вьюжным мостам инфра-Петербурга". Это – тот трансфизический слой под великим городом, где сам Петр или какой-то его двойник (сфинкс) может властвовать в некие минуты над царственной химерой, сотканной из эфирной мглы. И не Исаакий, а "громада темной усеченной пирамиды... жертвенник-капище выступит из мутно-лунной тьмы".

Разумеется, это видение мистика, но хотя бы к юбилею интересно выяснить, отчего именно такой образ (или виртуальная составляющая оного) Петербурга преследовал лучших отечественных художников Слова (Логоса). Напомню утверждение психолога Уильяма Джеймса: "у нас нет никаких философских оснований считать незримый или мистический мир нереальным". Когда мы вступаем в контакт со сферой сверхъестественного за пределами нашего бытия, мы резко меняемся. А то, что оказывает влияние на этот мир, как полагал Джеймс, само по себе является реальностью, пусть и несколько иного рода. Так соотносятся между собой мнимые и действительные части комплексного числа. Они и симметричны друг другу в некотором пространстве, и взаимно дополнительны – в другом, и задают фазовый сдвиг в третьем, подразумевая отставание или опережение их носителя в каком-то циклическом процессе. На мой взгляд, именно так Андреев синтезировал реальность с визионерскими представлениями в "Розе мира", усматривая будущее города в прошлом его пространственного двойника (аналога).

Психологический алгоритм такой интеграции стремился выявить прежде всего Карл Юнг, писавший о состоянии "унио менталис" (аналогичном зрительному образу мандалы). Юнг указывал на существование в психике неких "внутренних небес" [22, c.568], в которых циркулируют сверхчувственные влияния, воздействующие на сознание и обретающие в них форму. Ощущение воздействия хотя бы у части людей заставляет признать наличие у них "предсущего таинственного центра, представляющего космос, то есть целостность". Такое выражение самости удваивается в подсознании индивида и задает как бы второй полюс движущего его напряжения. Звездное притяжение, полярное половому магнетизму, или теневые, лунные энергии, пробуждаемые светом Солнца. Эта двойственность и побуждает мысль к сравнению приполярной столицы со Сфинксом и Львом Востока.

Такие сопоставления имели место и ранее. "Петербургские ночи" порождали воистину фантастическую ауру одноименной повести кн. Владимира Одоевского, перекликаясь с "Египетскими ночами" Пушкина. Лев Карсавин, лучший, возможно, знаток александрийской гностики, описывал ее специфику именно в эссе Noctes Petrjpolitanae. Федор Достоевский, сквозь призму Петербурга увидевший утрату Россией крестьянской почвы, в статье "Петербургские сновидения в стихах и прозе" признается: "я как будто что-то понял в эту минуту, до сих пор только шевелившееся во мне, но еще не осмысленное; как будто прозрел... совершенно в новый мир,.. известный только... по каким-то таинственным знакам... с той именно минуты началось мое существование". Живя в самом первом Риме ("в Риме моя душа жила еще прежде, чем я родился на свет"), Николай Гоголь тем не менее писал, что Петербург самый фантастический из всех городов земного шара – из него ползет "египетская тьма". (Когда такая тьма окутывает землю, разрывается связь времен, и, по словам Михаила Пришвина, распинают нового Христа). Притяжение этого духовного климата можно выразить, используя новую формулировку триединства современного философа Александра Секацкого: место, "куда сходятся драйвы эроса, логоса и воли к власти".

Начав с проведения ряда параллелей между храмовым комплексом Египта и "силовым центром" Севера, я хочу вернуться к двум-трем тезисам, которые по отдельности уже публиковал. Первое – Петербург выстроен на месте древних славянских святилищ, входящих в систему святынь (своего рода "пупков") планеты. Второй тезис, который хотелось бы обосновать – вывод об особой роли Петербурга даже среди этого набора святынь (Иерусалим может отдыхать!..). Наконец, третий – специфическое влияние этого региона связано с его психоэнергетикой. Пониманию последней способствует представление о живой планете, которое обосновал Густав Т.Фехнер, а затем русские ученые-космисты: Вернадский, Циолковский, Федоров, Розанов. Их взгляды сегодня находят фактическое подтверждение в рассуждениях о влиянии геомагнитных полей на физиологию и психику человека [10, c. 52; 11, c. 77-83]. Иные из западных ученых называют автором гипотезы о живом суперорганизме земли Пьера Тейяр де Шардена, другие находят те же взгляды у отца геологической науки Дж. Хьюттона, и у Э.Бауэра. Кое-кто в "научном сообществе" России старается заработать гранты, приписывая приоритет в разработке таких воззрения моделей американцу (в данном случае – Джеймсу Лавлоку).

Итак, в некоторые места планеты людей тянет вовсе не затем, чтобы "нагреть руки" или проявить себя при властном центре. Притягивает целебная для души (и нередко тела) благодать, как в Иерусалиме, в Мекке или в Лурде. А иной раз влечет именно атмосфера аттрактивных качеств (термин Гумилева): дон-кихотства, терпимости к иноверию и инакомыслию, какая исторически сложилась в Петербурге. Мы ищем душевного равновесия и гармоничного мировоззрения как решения, удовлетворяющего совокупности противоречивых данных, теорий и гипотез о законах бытия. Такой узел интеграции похож на синергетическое понятие аттрактора – области притяжения или схождения фазовых траекторий сложного процесса, своего рода засасывающую их воронку. Придуманный математиками образ наглядно реализуют святые места планеты. В поведении индивида ему подобен момент, когда человек входит в контакт с вселенским целым, с "Маткой правды", и приводит к единому знаменателю множество субъективных моделей мироздания. Попытаюсь собрать воедино свидетельства скрытой значимости столицы Севера – одного из аттракторов Земли.

Прежде всего обращает на себя внимание особое географическое положение Петербурга на планете. Питер выстроили практически на том самом нулевом меридиане древности, где пирамиды Гизы отмечали середину суши планеты, где Александр Великий планировал столицу мировой империи и где величайшая библиотека хранила "доисторические" знания. По легенде именно там египетские жрецы, знавшие все и о геометрии, и о законе тяготения, обучали Пифагора орфическим октавам. Уникальность Пулковского меридиана заметили давно, но я бы рассматривал эту идею в комплексе с представлением планеты как пентагон-додекаэдра или икосаэдро-додекаэдрической структуры [2, c. 7, 69; 12, c. 297]. По мнению Михаила Карпенко, узлы системы совпадают либо с очагами расообразования, либо с центрами колебаний земной коры. По Айвену Сандерсону, в числе вершин икосаэдра оказались гибельные районы планеты вроде Бермудского треугольника и моря Дьявола у Японии. Тут и Тунгусский узел, и точка в Амазонии, куда в 1922г. упал некий аналог Тунгусского чуда. Любопытно, что две последние аномальные точки близки к полюсам магнитного квадруполя планеты. Подтверждением геомагнитного додекаэдра, на мой взгляд, выступает траектория Тунгусского метеорита, участок которой совпадает с вектором поля Восточно-Сибирской магнитной аномалии. Давно замечено, что если бы полет последнего продлился еще несколько часов, то эпицентром взрыва стал бы Петербург.

Сторонники пентагон-додекаэдрической модели геокристалла подчеркивают, что именно это тело имеет симметрию пятого порядка, специфичную для живых существ и тем самым согласуется с версией Вернадского об одушевленности ноосферы. Числа 5 и 12 выделены в натуральном ряду связью с рядом Фибоначчи и священны для разных религий и народов, от Вавилона до Китая и Индии. Александр Бондаренко считает додекаэдр силовым каркасом внешнего слоя нижней мантии Земли, обуславливающим природу ее магнитного поля. Однако важно и его взаимодействие с другим внутренним кристаллом, имеющим строение скорее икосаэдра (тела с 20 гранями- треугольниками), а тот определяет силовые линии электрических полей земли.

Допустим, что именно сочетания координат в 30° и 60° широты и долготы выступают узелками в паутине синергетических нитей, сочетающих гравитационные, магнитные и слабые взаимодействия. Именно вокруг этих пунктов стабилизировались предельные циклы колебательных процессов, задающие дух места (его специфическую психоэнергетику) и тем самым синхронизирующие периоды в жизни планетарного организма, а отсюда и судьбоносных событий истории. Грани геокристалла пересекаются в пунктах с координатами (грубо): 60°сш 30° вд – Питер; 30° вд 30°сш – Каир; 30° зд 30° сш – Канары (Атлантида?); 120° вд 30°сш -Шанхай (зона расообразования); 60° зд 30° юш – Бразилия (метеорит 1922 г.) ; 60°вд 30° юш – Мадагаскар (легендарная Лемурия) и т.п. Итак, некоторые из вершин кристалла имеют любопытную историю, но отнюдь не исчерпывают святых мест человечества.

Еще в 20-е годы Альфред Уоткинс обнаружил своего рода решетку силовых линий сакральной (духовно-психологической) энергии или "линии лей". Версия, по которой древние алтари, святые источники и рощи связаны между собой геометрическими фигурами, постепенно обретает все новых сторонников [14, c.282]. Согласно гипотезам 50-60-х гг. (археолог Ги Андервуд), все эти объекты воздвигались в местах концентрации невидимых подземных силовых потоков. Электротехники допускают там наличие статических электрических полей, создаваемых подземными водными потоками (Билл Льюис). Их энергетический потенциал нестабилен и меняется в зависимости от лунных фаз. Предки умели утилизовать эту энергию и учитывать ее сезонное перемещение. Около этих мест чаще наблюдают НЛО (Джон Митчелл). Ряд физиков, сотрудничавших с Лондонским Империал колледжем (в частности, Эдуардо Балановски, Аргентина), выявили наличие магнитных аномалий в таких зонах (например, в Корнуэлле) и систематизировали данные о линиях лей с помощью компьютерного анализа. Таким образом, гипотезы о связи духовных ориентаций и энергетики обретают фактологическую базу.

Однако в свете своей задачи подчеркну еще два обстоятельства. Народ посещал места прежних святилищ по праздникам, которые христиане отмечали в те же даты, что и предшествующие культы. Тем самым ритуал сохранял в веках некий пространственно-временной инвариант. Не исключено, что и на местах Киево-Печерской, Троице-Сергиевой или Александро-Невской лавр ранее были святилища "почвенных" культов. И второе: наличия подземных водных потоков в городе, выстроенном в краю озер и болот на 42 островах, отрицать не приходится. Вопрос в том, возможно ли это связать с тем фактом, что культурно- историческое пространство Петербурга стало центром мудрости России и мира.

Известное ныне о мегалитических комплексах в Андах, Аркаиме или Стоунхедже позволяет приписывать им роль храмов и/или обсерваторий. Однако последние исследования ставят вопрос еще об одной их функции – и, возможно, главной. В местах, традиционно называемых "святыми", многие ощущают энергетическую "особость" – стимулирующие или успокаивающие покалывания в спине и ладонях, мозг воспринимает неожиданные образы [17, c. 244, 345, 235, 115, 120]. Эти энергии питают наши духовные устремления. Кто-то из авторов считает их "земными". Другие полагают, что в таких местах благодаря особому ландшафту сфокусирована энергия из космоса, продлевающая жизнь либо настраивающая на восприятие архетипических образов. Скажем, чуткий к ноосферным истокам Валерий Демин с 14 лет регулярно ощущает прилив энергии в подземелье Киево-Печерской лавры.

Впрочем, имеется и альтернативный вариант этой гипотезы, допускающий, что внешняя энергия вскрывает в наших генах "файлы памяти предков". Память о "божественном" происхождении включает "монитор" внутреннего восприятия, ворота в иную реальность, на котором основана интуиция и т.п. Открыв канал двустороннего общения с коллективным бессознательным, впадая в особое состояние во время определенных обрядов, наш ум путешествует во времени и над пространством через круги небес прямо к космосу высших сфер сознания. Тем самым мы прорываемся в бесконечность собственных душ, обретая мудрость. Впервые типичное состояние "космического сознания" связал с пребыванием возле египетской пирамиды Петр Успенский: "особое ощущение, которое я раньше никогда и нигде не испытывал... пульсация жизни, пронизывающая пирамиду и излучаемая ею, чувствуется здесь сильнее, чем где бы то ни было... удивительное чувство... освобождения от всего, чем мы обычно живем... какая-то не вполне понятная радость... освобождения от самого себя... все составляло единое целое... существовал и я... лишенный всякой связи с настоящим, но невероятно прочно связанный с неведомым прошлым... все, что мы считаем существующим, – не более, чем... тень какой-то другой жизни" [16, 364-378].

Итак, состояние сознания, переход его в фазу сверхсознания могут изменять не только психотропные вещества, но и "дух места" в сочетании, возможно, с "духом времени". Мы постепенно осознаем, что космические мистерии освящали не столько календарные графики сельхозработ и прочие полезные церемониалы. Эзотерические формулы жрецов, рассчитанные по астрономическим циклам, развивали и использовали экстрасенсорные способности в измененных состояниях сознания (ИСС). По мнению Дэвида Фарлонга, психотехнический прием овладения ощутимым "потоком времени" как раз и заключался в ориентации индивида на определенные звезды в определенные моменты. Созерцание неба из шахтного колодца пирамиды настраивало подготовленного человека на углубление внутреннего восприятия и позволяло понять, как духовная составляющая живого существа может освободиться от его материальной, инертной части. Не случайно одно и то же древне-египетское слово означает одновременно и "звезда", и "калитка", "раздвижная дверь", великая дверь неба" [18, c. 224, 395, 366-367].

Именно Успенский одним из первых осознал, что конструкторы древних храмов оставили нам огромное наследство истинной религии и истинного знания, чуждых давившей вольнодумцев догматической церкви. Эзотерическая наука передавала некоторые идеи немногим через "пространство времени". Мы не поняли их ценности и утратили их смысл, "особенно с тех пор, как стали считать себя потомками обезьян". Пифагор говорил о пропорциях, приводящих душу в состояние гармонии, аналогичной музыкальной. Сохранение этой системы пропорций, обусловило, как считал Платон, процветание египетской цивилизации на протяжении тысячелетий. Еще Прокл, учившийся в Александрии, помнил, что монументальные пирамиды связаны со звездной астрономией. Увлекшись новизной свободного мышления, наука забыла о своем происхождении, о связи духовного поиска с астрономическими наблюдениями за прецессией (термин, обозначавший "небесное" явление, стал синонимом высокоточного измерения). И вот теперь отнюдь не нобелевские лауреаты, но авторы вроде Фарлонга или Грэхема Хэнкока напоминают нам, что знание прецессии связывали с блужданием человеческой души, которая должна найти звездные врата ("кардинал" по-латински), охраняемые ап.Петром. А в других терминах – открыть "файл" родовой памяти.

Как бы ни относиться к этой проекции компьютерной азбуки на человеческую психику, ее смысл отвечает принципам ноосферного подхода современных отечественных ученых. Согласно этим взглядам, каждый атом живого резонирует на соответствующие колебания, а живая клетка регистрирует в себе все явления мира [7, c. 26; 8, c.26, 247, 104-105, 111, 43]. Однако имеет смысл и предложение Юнга разделять энергию на человеческую и на космическую, универсальную [22, c. 224]. Для проявления как земной, так и космической энергии необходим человек (или общность людей – "тело Бога" или "церковь") в качестве резонатора и ее "трансмутатора".

Кое-что из древних идей сохранило эзотерическое христианство. Так, старые церкви сориентированы по главной оси на линию "восток-запад" и обращены в плане они к месту восхода Солнца в день святого, которому посвящены. Обнаружено и топологическое соответствие между зодиакальным созвездием Девы и комплексом посвященных Богородице храмов, выстроенных тамплиерами во Франции.

По мнению В.Н.Демина, в некоторых местах планеты наиболее вероятна непосредственная материализация мыслеформ. Речь идет, к примеру, о появлении уходящих в ионосферу огненных столбов, непонятных в рамках чистой геофизики. Философ выдвигает вполне безумную гипотезу о возможности сдвига в диапазон световых волн (и, следовательно, временной видимости) излучения, связывающего ноосферную оболочку Земли с индивидами или сообществами людей [6, c. 339, 139-141]. Надо полагать, что такой феномен имеет место лишь при особой интенсивности работы этих каналов, а также резонансе земных и космических характеристик информационного поля. Тогда становятся понятными и давняя тенденция рассматривать небесные знамения в качестве сигнала о будущих якобы стихийных катаклизмах (накопление требующего разрядки эмоционального либо ментального потенциала), и феномены неожиданных озарений у лиц, далеких от "прецезионной настройки" на "светочи мысли". Допущение выглядит не столь уж бредовым, если вспомнить о взятой на вооружение трансперсональной психологией (ТПП) идее Юнга, согласно которой много неопознанных явлений в небе имеет психофизическое происхождение. Более того, современные иследования показали, что колебания звуков определенной частоты выступают катализатором биохимических процессов в мозгу (звуковой наркотик рейва по Теренсу Маккене). А значит – не приходится априори исключать и подобные воздействия инфразвуковых волн.

Но психоэнергетика сакральных мест может проявляться также в своеобразных пульсациях связанных с ними событий (вроде биений обертонов) – "длинных волнах" биогенеза, социогенеза, ноогенеза и теогенеза. В русле ТПП не так давно появилась спектральная модель истории Кена Уилбера, а вообще идеи периодов в процессах истории "носятся в воздухе" с начала ХХ века. Допущение о земной природе импульсов, запускающих такого рода процессы и синхронизирующих их, выступает альтернативой объяснению пассионарного поведения в модели Льва Гумилева. Принцип циклов проясняет нестабильность психоэнергетических феноменов, затрудняющую их регистрацию и признание в академической науке.

Однозначно определять "дух места" (психоэнергетическое воздействие) как благое либо патогенное не всегда возможно. Скажем, геомагнитная обстановка некоего места сыграла роль мутагенного фактора, помогла формированию "человека разумного", его расовой или этнической модальности. Эту аномальную зону коллективное бессознательное нового этноса будет чтить как сакральное место – родину предков. Но в следовых образах памяти о реликтовом этносе тот же регион выступает как "гиблое место". Нечто в этом роде обнаруживается в легендах о проклятии приневских болот, погубивших не одну попытку выстроить здесь города. С этим явно перекликается и такой образ северной столицы как "колыбель революций".

Итак, Приневье зажато между геопатогенным, по мнению ряда авторов, местом балтийского разлома (В.А.Рудник) и аномальной зоной геокосмических феноменов (Новгород, Вологда, Белозерск), объясняющих, с точки зрения Демина, и пассионарные вспышки, и ноосферные видения Сергия Радонежского. По Демину этот вектор задает ось мистического средоточия Руси, минувшей Гипербореи и всего человечества [5, c. 473, 269]. Не следует забывать и о палеогеологических фактах, констатировавших в этом регионе следы морского дна. В то же время эпос хранит память о планетарном потопе на севере, случившемся (если верить апокрифу "Беседа трех святителей") спустя 89 лет после Ноева потопа. Кстати, день трех святителей православие отмечает 30 января. Интересно, что именно эта дата в романе Дмитрия Мережковского о легендарной Атлантиде названа днем Водяного – ее покровителя. Трудно разобраться, что обусловило такую датировку – осознанный замысел автора, фокусы индивидуального подсознания либо импульс из ноосферы, как решил бы Демин.

Любопытно и то обстоятельство, что предки новгородских жителей почитали именно водное божество, носившее в разные эпохи различные имена (Ящера, морского царя, чародея Волхова, Чудо-юды). Наконец, где-то неподалеку затонул легендарный град Винета, последние сведения о котором в шведских хрониках датированы примерно 1150-1170г. Знаменитый немецкий географ Х1 века Адам фон Бремен писал, что славянская Винета больше и богаче любого европейского города. Ее жители были настолько расточительны, что "попки младенцам вытирали булками". Винета находилась в дне пути от Новгорода и на такой же дистанции от цепи поселений викингов. Погибла Винета при уничтожения плотин то ли самими жителями во время осады, то ли наступавшим неприятелем – датчанами. Венеды и словене, Винета и Нево – все этнонимы и топонимы напоминают о неслучайности прозвища "северной Венеции", данного Петербургу, о его каналах и островах.

Европейские историки, правда, склонны помещать легендарный город ближе к Одеру. Однако книги арабских и персидских географов говорят, что северная столица русов находилась на "нездоровом" острове, покрытом лесами и болотами, окружность которого равна трем дням пути. Локализация ее спорна до сих пор. Историки сильно расходятся во всем: об острове речь или о полуострове, посреди озера он или среди моря, о конном или пешем пути речь и т.п. В ходу долгое время была версия острова Рюген (где искала истоки арийской цивилизации экспедиция службы СС). Впрочем, когда отечественные историки перестали игнорировать тему, то они пришли к выводу о том, что Ругия, Русь "сидит, по-видимому, где-то в районе Ладоги... близ моря Варяжского" [4, c. 152, 145, 163, 230, 358].Петрозаводский историк Владимир Паранин и Михаил Штейн из Петербурга отмечают, что до пересыхания западного русла Вуоксы, еще в ХУПв. впадавшей в Выборгский залив, Карельский перешеек фактически был островом. Его ландшафт, размеры и географическое положение совпадает с условиями задачи. На этом острове держал последнюю оборону разгромленный варягами властитель славянской Биармии Буривой. Василий Татищев считал, что его укрепрайон был локализован меж двух рукавов Вуоксы. Позднее, как обычно, на месте старой крепости вновь и вновь отстраивался город, меняя названия: Корела, Кексгольм, Приозерск. В старых текстах присутствуют упоминания о первой столице Рюрика (еще до появления его в Старой Ладоге), находившейся на острове в озере Нево в устье Волхова (очень похоже на Орешек). Но где-то здесь же предания помещали и прародину славян, основавших в середине третьего тысячелетия до РХ столицу Словенск – между Волховом и озером Ильмень, между Белым морем и Финским заливом, который Птолемей именовал Венедским заливом. Слишком много совпадений, и только "специалисты" не замечают, что все "фальсификации" и "ошибки" словно в воронку аттрактора проваливаются в Балтику, в Артан-дингез (по-татарски). И вновь созвучие с именем праславянской родины – Араттой (хотя Юрий Шилов ищет ее в Приднепровье).

Видимо, только от установки историка зависит, выберет ли он в качестве древнего названия Балтики имя Скифского либо Варяжского моря. Будет ли историк настаивать на том, что русские пришли на места финских поселений, либо вспомнит, что в Финлядии правила венедская династия. Будет ли историк считать антинаучным поиск русских корней в норвежском Ругиланде в середине 1 тысячелетия или упорное их игнорирование. Но вот что объективно – отголоски многих легенд о потопах увязываются с одним и тем же местом регулярных наводнений, о которых предупреждали Петра Великого. В одном месте теряются следы Винеты и легендарной страны Белых Вод. Вспоминается легенда о еще одном потонувшем граде – Китеже. Да, разумеется, традиция чаще локализует его на озере Светлояр, на заузольской земле, а гибель датирует моментом нашествия Батыя – 4.2.1239г. Однако существуют версии известных историков, согласно которым память раскольников, ушедших в керженские леса, смешала место более ранней трагедии с разрушенными Батыем городами. По их мнению, реально утонуть мог какой-то из городов новгородской республики, куда входило Приневье [20, c. 15-32].

Сакральная специфика Приневья, его особая энергетика и/или святость пока что не осознана, хотя ощутима в подсознании этноса. Ведь господствующие среди историков догмы толкуют его (в пику советским учебникам) как исконно финские земли, захваченные славянами. Но поблизости – в Печорском крае сохранились священные места дохристианских поклонений камням и источникам ("печоры" там были не хуже киевских). Л.Ф.Зуров по поручению Парижского антропологического музея исследовал их в 1935-38гг. Русскую Лапландию называли Шамбалой. Впрочем не только Рерихи, но и давнее "Сказание о Беловодье" про семь посольств кн. Владимира связывало с Индией судьбоносные поиски веры, почему-то игнорируя Белозерье и Белое море. Не потому ли, что тогдашние поморы уже не были так богаты, как "Эльдорадо" Беловодья.

Николай Клюев собирал в родной Вытегре мифы о народе -Святогоре и сочинял вирши о связи Соловков с потайными храмами индийскими. Индийские культы не менее тесно срослись с российской почвой, чем притча о бедном рыбаке с Генисаретского озера. Сюда, к Ладоге, приходил, по преданию, Андрей Первозванный, брат ап. Петра. Память об этом чтут сакральные места православия – монастыри Валаама и Соловков. Благоприятную психоэнергетику этих островов, как и Кижей (Ки-те-жей?) подтвердили исследования Н.Н.Сочеванова. Рядом жили волхвы, что напророчили гибель Олегу. (Где-то у Старой Ладоги и по сей день ищут его могилу). Отсюда, из этой сакральной зоны приходили "финские волхвы", предсказавшие смерть Иоанну Грозному. Стихи Владимира Луговского и сценарий третьей, не снятой, серии к/ф "Иван Грозный" изображали царя на берегу Балтийского моря, куда он стремился всю жизнь. Неужели лишь затем, чтобы люто искоренить поселившихся там "демократов" и интеллектуалов с берегов Волхова? Позднее христианскую притчу про борьбу ап. Петра (Симона) с Симоном-Волхвом воплотил в жизнь сам Петр Великий.

Фибры женской души, особенно чуткие к энергетике земных глубин, отзываются здесь неожиданными выплесками. Вот и читаем теперь с некоторым недоумением у Анны Ахматовой: "Дьявол не выдал. Мне все удалось. Вот и могущества тайные знаки. Вынь из груди мое сердце и брось Самой голодной собаке." Конечно, Анна Андреевна воспроизвела ритуал черной магии ради эпатажа адресата. Оба ее первых мужа (переводчик "Гильгамеша" Николай Гумилев и ассиролог Владимир Шилейко) всерьез интересовались внехристианскими культами и обсуждали с ней их ритуалы. Шилейко хотел возродить культ богини Иштар, учился колдовским заклинаниям и, по воспоминаниям Георгия Иванова, участвовал с ним в магическом опыте с взятой из музея мумией. Но и позднее, проводя летние сезоны на берегу Финского залива, на даче Срезневских в Горской, в Сестрорецке и в Комарово, Ахматова вновь и вновь примеряла на себя волховские обряды. В эвакуации преследуемая видениями, она даже написала поэму об этом, но сожгла ее.

Среди христианских святых мы найдем и веротерпимых, как в утопическом Беловодье, и, увы, истребителей инакомыслов, вроде Иосифа Волоцкого. Град Петра чаще выступает наследником Новгорода, рассадника ересей и вольнодумства всего православного мира. Но ведь тот продолжал традиции Старгорода – Ладоги, которая, по легенде, основана самим богом Одином [4, c. 230, 358]. В то же время основоположник онтопсихологии, направления сочетающего подходы психотерапии и психоэнергетики, итальянский исследователь Антонио Менегетти полагает, что один и тот же эффект обозначается терминами: эффект Кирлиана, психическая аура, жизненная энергия, пирамидальная или психотронная сила, сила Одина [13, c. 93-97]. На такое косвенное свидетельство особой энергетики Приневья внимания пока не обращали. Любопытно, что Джонатан Свифт отправил своего Гулливера на летающий остров Ладого, олицетворявший для автора центр кудесников, где, в частности, обучали кожному зрению и прочим эзотерическим премудростям. Лично мне это напоминает и топоним Ладоги, однокоренной с термином "одическая энергия", и мифы о "блуждающем острове" в Кронидском (Ледовитом) океане, об опять же потонувшем Белом острове.

Не менее любопытны этимологические указания на родство региона с местами волхования и обителями Богов. С одной стороны, имя Балтики, которым с некоторых пор стали называть Варяжское море, сродни имени кельтского мага Белта. Интересно, что сумма числовых значений согласных Б-Л-Т складывается (2+30+400) в самое сакральное число Брахмы 432, с которым связаны исчисления хрональных циклов в ряде вероучений. В то же время множество топонимов в области образовано от корня "Ям". По недоразумению их увязывают с возникшей гораздо позднее ямской службой. А ведь область между Онежским и Ладожским (Нево) озерами ранее называлась Ямь. Не по имени ли индуистского Ямы, бога подземного или иного мира, куда провалилась древнеарийская цивилизация?

От узлов геокристалла, от модели "живого магнита" планеты перейду к пространственным зонам, к модели "планеты-растения" со своей вертикальной иерархией. По наблюдениям Николая Козырева необъяснимые пси-явления усиливаются в полярных широтах от 73-й параллели. Автор связывал ясновидение ненцев с арктическим потенциалом. Особая энергетика, которая может навсегда обусловить человеческое бытие, пробуждается даже от однажды полученного полярного заряда (Михаил Ломоносов). По подсчетам Э.Хантингтона на севере (к примеру, в Исландии) рождается больше выдающихся творческих индивидуальностей, чем во Франции или Германии [9, c. 438]. Север замедляет ментальные циклы и чуть ли не сам ход времени. Но можно зафиксировать географически и полосу центров генеза – "обетованную землю" от 33,5° до 29,5° с.ш., в которой возникли цивилизации (кроме Иерусалима в ней находятся месопотамский Ур, Лхаса и Нанкин) [15, c. 255]. В ее сегодняшнем и несколько расширенном варианте "пояса безумия" от 35° до 25°с.ш. бушуют конфликты и землетрясения: Корея, Вьетнам, Афганистан, Ливия, Ирак, Югославия, Молдова, Грузия, Карабах, Чечня, Лос-Анджелес... Таким образом в пространстве планеты представлены два члена психологической триады – эмоциональная зона и интеллектуальная. А волевое (поведенческое, конативное) звено прослеживается по траектории выбросов пассионарной энергии в модели Гумилева.

Видимо, более точной будет не "ленточная", а сочетающая координаты долготы и широты (а, возможно, пространства и времени) сетевая, матричная схема взаимодействия психики индивида и земных энергий. В развитие этих представлений можно обсуждать гипотезу о том, что сакральными становятся зоны геофизических аномалий, вызывающих мутации. Так, акад. Влаиль Казначеев полагает, что 1.8 -3.2 млн лет назад недалеко от места Тунгусского дива, в 140 км от нынешнего Якутска некая аномалия привела к возникновению разума у человека [19, c. 133, 394]. Либо надо допустить, что указанное взаимодействие продолжается и сейчас, предопределяя положение так называемых "мировых чакр" или планетарных психоэнергетических центров. И все они так или иначе связаны именно с местами древних святилищ.

В отличие от геокристалла в такой модели дистанции между энергоцентрами уже неравномерны, хотя и подчинены некоей общей закономерности. Немало городов претендует на особую роль в системе "мировых пупков". Но своего рода главным "пупом Земли", ученые-креационисты считают точку 39° с.ш. 34° в.д., от которой минимально расстояние до всех прочих точек суши. Она находится в "библейской" зоне, близко к широте Арарата и долготе Иерусалима. В том же регионе Передней Азии, в Анатолии (неподалеку от курорта Анталии), согласно гипотезе Иванова-Гамкрелидзе, находится исток арийской расы, откуда началась развертка спиральной траектории их странствий. Грэхем Хэнкок и Санта Файн составили четкую матрицу "мировых пупков". От пирамид в египетской Гизе до комплекса пагод в Ангкоре (Кампучия) – 72°, от Ангкора до развалин "города богов" на тихоокеанском острове Понпеи – 54°, оттуда до циклопических мегалитов острова Кирибати – 18° . Далее следуют интервалы в 36° между ним и аномальными сооружениями на островах Таити, Пасхи и в Паракасе на перуанском берегу Южной Америки. Эта шкала, по мнению авторов, напоминает не только прецессионную геодезию, но и идеи древних о странствии души после смерти (по семи планетарным сферам – В.Б.).

Действительно, как заметил Фарлонг, и в неолите, и в средние века люди тратили время и силы на сооружение памятников лишь по схемам, отражающим часть их духовной веры. Еще в Х1Х веке аббат Моро разглядел в Великой пирамиде "компендиум", чьи размеры и отношения их частей служит для нахождения важнейших сегментов звездного неба, выражают фундаментальные отношения между частями, скажем, Солнечной системы. Успенский предположил, что это знание сохраняли и передавали апостолы раннего христианства и создатели "готических" соборов вроде Нотр-дам. Ассистент Хэнкока установил привязку храмов Ангкора к созвездию Дракона. Возможно, и островные центры имеют такую привязку либо, допустим, имели ее когда-то – скажем, до раскола единого континента Пангеи. (Мне известно, что момент раскола современные гипотезы отодвигают на миллионы лет).

Но стоит ли считать важнейшей чисто астрономическую схему? Интерес к Космосу быстро увядает, если с ним не связаны богословские или психологические системы. Даже с точки зрения науки, учитывающей, что свет далеких звезд доходит до нас с опозданием, оказывается, что наблюдая сегодня Космос, мы как бы видим прошлое. Так и психолог убеждается в бытии в нас генной памяти, следов событий из жизни далеких предков. Отсюда допущение о существовании в коллективном бессознательном сфер, аналогичных планетарным, выглядит не слишком экстравагантным.

Поняв смысл символической композиции из разделенных на планете объектов, который его носители хотели зафиксировать и передать потомкам, мы можем мысленно соединить их в целое. Ну, а мне система из семи пунктов всегда представляется отображением семи психических субструктур либо семи центров пси-энергии. С этой версией согласуются и открытые Николаем Вавиловым семь центров культурных растений, и идея Елены Блаватской о семи очагах расообразования? С чего, собственно, антропологи решили, что череп "человека разумного" в южной Африке свидетельствует именно о месте и моменте зарождения там сознания, а не, скажем, только одного из первичных в иерархии психических процессов – процесса памяти? Вполне логично, на мой взгляд, допустить, что филогенез процессов воображения или воли развивался скачками и во времени, и в пространстве, и следовательно, связан с разными регионами планеты (Индией или Китаем). Во всяком случае, ощущается потребность в проверке и такой гипотезы, пока что не привлекавшей внимания ни антропологов, ни психологов.

На месте далеких пращуров я бы стремился убедить потомков именно в единстве схемы, отображающей как филогенез психики, так и посмертные метаморфозы души. Это еще одно толкование аналогий между микро- и макрокосмом. Ради подтверждения этой истины можно было воздвигать в разных углах планеты сооружения, смысл которых казался бы загадочным до тех пор, пока исследователи не установили бы закономерности и первого, и второго. Русская философия давно выдвигала альтернативный западной методологии принцип соборности. Иван Киреевский, во всяком случае, полагал, что он полезен не только в сфере морали, но именно для науки. По Алексею Хомякову, именно соборность – универсальный вселенский принцип, обеспечивающий целостность мироздания и органическое единство исторического процесса (еще одно толкование аналогии макро- и микрокосма, но уже во временном плане). Вполне логично выглядит и предположение о том, что вся система мировых мегалитов, пространственные взаимоотношения между ее элементами несла нам формальное выражение данного принципа – октаву. Обнаружить систему в целом и осознать ее предназначение труднее, чем ее ведущий элемент – комплекс пирамид в Гизе. Но на это наши наставники и рассчитывали. Только теперь мы в состоянии зафиксировать периоды между судьбоносными событиями истории и без паники прогнозировать узлы их регулярного воспроизведения.

Для подчеркивания значимости и надежности эта информация о законе Октавы (по Георгию Гурджиеву) или об октавных фракталах дублируется многократно, причем самым неожиданным образом. Путь совершенствования буддизм называет "восьмигранной тропой". А до "осьмиконечного" креста и восьмигранного шатра православной церкви наши пращуры, жившие в северном краю Семизвездия, чтили близкую им октаву из созвездия Большой Медведицы и Полярной звезды (Прикол-звезда по одному из ее имен). Любопытно, кстати, что созвездие получило имя Медведицы вовсе не за свою форму (ковша), а за цикличность светимости, которая напоминала о сезонности (цикличности) поведения медведей. Кстати, признаки чередования активности и спячки привыкли находить и у самого народа, чьим символом стал Медведь. Семизвездие во всех дохристианских культурах ассоциируется с семью стадиями перехода духа через семь ограничений, как и семь планетарных барьеров.

В пирамиде жрецы отображали некую пропорцию. Важны в этом случае, как показал Игорь Шмелев, прежде всего целые числа 2, 1, 3 и 5 [21, c. 36-45]. Те же числа выступают в роли маркеров вероучений. Так, христианская Троица, основанная на 4 Евангелиях (2х2 стихиях) и Пятикнижии Ветхого Завета, открывала посвященным ту же символику. Те же составляющие треугольника Пифагора и корни из них, как показал Фарлонг, являются ключом к параметрам Стоунхеджа. Упомянутые авторы пока не учитывали, что данный кватернион чисел связан и с отношением тонов, составляющих музыкальную (и астрономическую) октавы Пифагора:

до	ре	ми	фа	соль	ля	си	до
1.0	8\9	5\6	3\4	2\3	16\27	5\9	1\2

Я предполагаю, что строители мегалитов сознавали значение этих пропорций для членения не только пространства, но и времени, т.е. обозначения частот, периодов и связанных с ними энергий. Не зря же сумма членов пропорции – число 11- символизирует посвящение в сокровенные тайны. Отношение 3:4, к примеру, использовано в пирамиде Менкаура как "секед угла", а отношение высоты к ее основанию равно 11:18 (11+3+4). Сегодня эти последние числа, знакомые по мифологии и эзотерике, известны как достаточно точные циклы многолетней солнечной активности. Египтяне верили в то, что время составляет повторяющиеся циклы, установленные по соединениям Солнца, Луны и периодам наводнений. Поэтому коды пирамид сохраняют габариты планеты либо интервалы между значимыми для нас событиями при посредстве общего для тех и других закона – октавной структуры фракталов пространства-времени.

Однако разработка новой системы гипотез сталкивается с рядом следующих противоречий. Во-первых, набор сакральных пунктов по Хэнкоку не включил в себя такие знаменитые, как Иерусалим, Стоунхедж, Теночтитлан. Во-вторых, сумма интервалов между ними не составляет 360°. В-третьих, этот набор не включает столицу полярной Гипербореи, судьба которой меня интересует в первую очередь. Чтобы убедиться в полноте системы и значимости каждого из ее элементов, целесообразно напомнить следующее. Моделирование любого пространства предполагает и представление о его особых точках (центре или нескольких центрах). Мы не можем локализовать психику в физическом пространстве и не должны к этому стремиться.

Именно психолог Фехнер предложил идею высших измерений для моделирования психики. Нелепо было бы локализовать подсознание в подкорке мозга (даже в ее "крайней плоти"), в спинном мозгу или в гениталиях, как нелепо искать сверхсознание, "самость" или архетипы возле темечка – "родничка". Точно так же все рассуждения о ноосфере не приведут к буквальному определению этой "оболочки" планеты, допустим, в интервале между стратосферой и ионосферой. Термин "сфера" лишь акцентирует нелинейный характер трансфизических измерений. Если за этими идеальными понятиями имеется какая-то реальность, то ее место именно в них. Тогда то, что синергетика называет аттрактором, оказывается точкой пересечения таких координат с физическими или, в некотором смысле, вратами в орбиту Вечного мира, который изнутри физического пространства кажется нам Хаосом, но откуда пришло творящее жизнь Слово.

В христианстве подобную роль выполняют врата Петра, фиксирующие ось времени моментами Страшного Суда для каждой отдельной души и человечества в целом. Так магнитные полюса Земли фиксируют ось планеты, не совпадающую с ее осью вращения. Так мифы древних описывают на полярные отверстия: "Рог изобилия" либо, напротив, некую щель, куда, по словам писателя Людмилы Улицкой, проваливается все телесное, включая Маркса и Фрейда. В свое время астрофизик Д.Джинс опубликовал интересную гипотезу о существовании особых центров нашей Вселенной, через которые вещество проникает к нам из других измерений пространства. Для меня очевидно тождество этого допущения как с представлениями об энергетических чакрах – каналах приема энергии из биополя, так и с состояниями "озарений", "пробуждений" – моментами впитывания Истины из Разума (ментального поля) Вселенной. Правда, гипотезу Джинса воспринимают как вполне академическую в отличие от ее энерго-темпоральных аналогов.

Видимо, дело тут в обстоятельстве, замеченном Хорхе Борхесом – среди множества сведущих в астрономии, химии, биологии, алгебре слишком мало "способных к вымыслу и еще меньше способных подчинить вымысел строгому систематическому плану" [3, c. 104]. Похоже, что трансфизические (или трансперсональные, или биоментальные) поля сочетают комплекс векторов пространства и времени, с которыми мы умеем оперировать лишь по отдельности. Типичен пример гипотезы Казначеева: место появления разума человека автор фиксирует точно – в 140 км от Якутска, а вот время растянуто на 1400 тысячелетий. Возможно, что именно эта комплексность и отличает поля семи трансфизических измерений от первичного (трехмерного) физического пространства (по комбинаторной формуле ав+вс+ас+ва+св+са+авс или по гиперкомплексной алгебре). Вместо одного придуманного популяризаторами теории относительности "четвертого" измерения речь идет о семи "четвертых", т.е. надстроенных над тремя первичными. Понятно, что подтвердить такую модель можно лишь в расчетные моменты времени в определенных узлах пространства. Пока что произвести такой расчет наука не в состоянии. Так же обстоит дело и с информацией, приходящей к нам в измененных состояниях сознания. Ее конкретизация до степени адекватного прогноза либо открытия зависит не только от времени и места действия, но и от третьего компонента триединства – от его субъекта.

На этой базе разработана модель планетарной психоэнергетики и осознано положение в ней Петербурга. "Золотая" середина земного пространства выражена в этом случае отношением между "западом" и "востоком" 135:225. Запад локализован от Арарата до Теночтитлана ("родничок" сахасрары и копчик муладхары). "Третий глаз" отвечает источнику трех религий в Передней Азии, а "солнечное сплетение" – меридиану Лурда и Гринвича (близко и Стоунхеджу). Место Приневья (Петербург, Извара, Приозерск) оказывается аналогом горловой чакры у индивида. Греческие Дельфы (а затем и София) задают тон сердечной чакры. В зоне легендарной Атлантиды или Бермуд находим аналог чакры половой железы. Восточная система отслеживается от Аркаима на Урале (темя) до перуанских Паракаса и Наска (крестец). Зеркальная симметрия между цивилизациями инков и ацтеков и их энергетикой в данном случае особенно выразительна. Впрочем, симметрию демонстрируют и генитальный центр Полинезии, и пуповина Китая. Но симметрия не полная. Манившая Рерихов Индия удивительным образом совмещает в себе как "сердце" Азии, так и ее "шишковидную железу" и "оральный центр".

В то же время некоторая косвенная верификация изложенной модели возможна. В опубликованной мной модели социогенеза ее фазы (в сумме составляющие 2160 лет) увязаны с планетарными архетипами. Так, цикл Юпитера, отвечающий чакре манипуры, составляет 432 года. Цикл Сатурна (и сахасрары) – 378 лет. Горловой чакре Приневья отвечает цикл Меркурия в 666 лет [1]. В рамках статьи нет места детально обосновать величины данных циклов, но возможно показать их в качестве своего рода коэффициентов у самых различных пространственных и хрональных интервалов известной Вселенной (во фракталах различного масштаба).

Так, в 1891 г. американский ученый С.К.Чандлер обнаружил названное в его честь дрожание оси вращения земли. Перемещение Северного полюса на 6 метров с периодом в 433 дня доказано, хотя причины его непонятны и спустя век. Длительность галактического года по разным источникам оценивается в 217-215 млн лет (т.е. 432/2). Расстояние до звезды Сириус, по которой, кстати, синхронизировали жизнедеятельность в древнем Египте, равно 8,63 св. лет (т.е. 4,32х2).

В Древнем Риме длительность третьего и четвертого года в 4-летнем календарном цикле составляла 377 и 378 суток. По приведенным Азимовым вычислениям 4.6 млрд лет назад дистанция между Землей и Луной была примерно 217 000 км, а сегодня от поверхности Земли до центра Луны в среднем 378 026 км. Пропорция, как видим – 216:378. Разлом Пангеи на континенты датируют примерно 189 млн лет назад (т.е. 378/2) и т.д.

А вот теперь о максимальном в системе цикле в 666 лет, который я отождествляю с горловым центром и ментальными функциями гиперсубъекта. Исследуя легенды о невидимом граде Китеже, В.П.Шестаков недоумевал, отчего в "Летописце" события времен Батыева нашествия помечены то 1138, то 1158 г. Не меньшее недоумение вызывает у других авторов встречающиеся датировки основания Москвы 1158г., причем тем самым князем Долгоруким, который по традиционной хронике к тому моменту уже успел скончаться. Я обратил внимание на то обстоятельство, что эта дата по византийскому исчислению выглядит как 6666 г. от Сотворения мира. Я допускаю, что среди монахов-летописцев той эпохи были и лица, готовые соотнести числовую символику Апокалипсиса с хроникой, с текущим календарем. Ведь и 500 лет спустя Европу вводило в панику приближения даты 1666г. от Рождества Христова, хотя и после смены календаря. Любой заметный катаклизм означенного года должен был ассоциироваться с ожидаемым концом света. Отсюда и смешение дат реальных судьбоносных событий с их "мистическим" аттрактором.

Видимо, таковым и стала гибель славянского города Винеты в наводнении около 1158г. Кстати, именно 1158 г. датируют западные хроники (и словарь Брокгауза-Ефрона) первый поход шведов на Ливонию, вскоре после покорения ими Финляндии в 1157 г. Понятно, что эти походы не могли пройти мимо Приневья. Его оборона и даже поражение вполне могли совпасть с регулярным наводнением. А вот если локализовать Винету в районе Рюгена или Восточной Пруссии, то аналогичного совпадения не получается. Проверим свою версию, отсчитав еще один цикл в 666 лет от 1158 г. Да, именно тогда – в 1824 г. в Петербурге случилось экстремальное наводнение. Совпадение факта с расчетным циклом по времени, и с локусом функции впечатляет. Представляется, что субциклы или доли главного периода нужно вычислять по октавной (пифагорейской) модели, и этим объяснимы подъемы Невы выше ординара в 1725г. и в 1924г. Очередной форс-мажор в этом плане ожидается в 2046г. (кварта отмеченного интервала в 666 лет). Тем самым воспроизведение вполне определенных событий в Приневье потверждает и возможность конкретного прогноза,

Сходным образом работает модель и в прочих планетарных центрах психоэнергетики. Хронику стихийных бедствий и вспышек пассионарности в соответствии с их типологической природой там градуируют не только интервалы в 432, 378, 105 и т.д. лет, но и их квинты, кварты и септимы. Другое направление проверки модели трансперсонального пространства совпадает с изучением связи между местом рождения и жизнедеятельности мыслителя и особенностями его творчества. Не только социально-психологическая атмосфера города, исторические традиции и евразийское положение России, но и локализация Петербурга в физическом мире (на центральном меридиане суши) и в хронополях должна влиять на ценностные приоритеты носителей петербургской культуры. Иначе не объяснить ссылки на сходство города с Египтом или Атлантидой. Разумеется, поверить в существование трансфизической реальности и ее "золотой середины" проще, чем научиться с ней взаимодействовать. Однако и тому, и другому способствует убеждение в том, что Святая для русских земля не за морями, а там, где мы живем – в "Поморском царстве Святогора у Сиверных гор".

Литература

1. Богданов В.А. Гиперсознание и воля истории. Спб., 2001.
2. Бондаренко А.Л. Электрические поля вселенной. Спб., 2000.
3. Борхес Х.Л. Коллекция. Спб., 1992.
4. Бычков А.А., Низовский А.Ю., Черносвитов П.Ю. Загадки Древней Руси. М., 2001.
5. Демин В.Н. Загадки русских летописей. М., 2001.
6. Демин В.Н. Загадки Урала и Сибири. М., 2000.
7. Демин В.Н. Тайны русского народа. М., 1997.
8. Демин В.Н.. Тайны биосферы и ноосферы. М., 2001.
9. Емельянов Ю.В. Рождение и гибель цивилизаций. М., 1999.
10. Зобов Р.А., Обухов В.Л.. Земля как живой суперорганизм // Научное приборостроение. 1998, т.7, № 1-2.
11. Зобов Р.А., Обухов В.Л,. Сугакова Л.И. Основы человековедения: человек как микрокосм. М., 1999.
12. Карпенко М.В. Вселенная Разумная. М.,1992.
13. Менегетти А. Клиническая онтопсихология. М., 1997.
14. Потапов В.В. Азбука колдовства. М., 1998.
15. Сенди Дж. Боги, сотворившие небо и землю. М., 2000.
16. Успенский П.Д. Новая модель Вселенной. Спб., 1993.
17. Фарлонг Д. Стоунхедж и пирамиды Египта. М., 2000.
18. Хэнкок Г., Бьювел Р. Загадка сфинкса. М., 2000.
19. Царев И. Энциклопедия чудес. М., 1998.
20. Шестаков В.П.Эсхатология и утопия. М., 1995.
21. Шмелев И.П. Глагол, согласованный с душой //Метод качественных структур: теория и практика, Спб., 1997.
22. Юнг К.Г. Mysterium coniunctionis. М., 1997.